АНО «НАРК»: профессии с новыми акцентами Профессия фелтмейкер часть направления «в высокой моде» двигается в сторону квалификаций

Есть профессии, которые мы знаем по существующему рынку труда, о которых можно узнать из различных профессиональных регистров и реестров. Можно оценить их популярность и востребованность на рекрутских сайтах и порталах поиска работ. Но есть профессии, которые не числятся даже в КОАПах, соответственно, Трудовым кодексом не предусмотрены формы их функционирования и защиты, а значит и не существует возможности определить квалификацию специалиста, обеспечить профессиональное трудоустройство по конкретной специальности. Даже всесведующий АНО «НАРК» вам здесь не поможет.

С председателем Общественного Совета при департаменте труда и занятости населения Тюменской области Поповым Федором Ивановичем мы обсуждали различные направления Национальных проектов (НП) России, которые в той или иной степени касаются вопросов занятости населения региона. Определились, что, в первую очередь, эта проблематика связана с НП «Производительность труда и поддержка занятости». Вторым по степени значимости целевых показателей (НП), касающихся вопросов переобучения и занятости, является НП «Демография». Здесь акцент сделан на повышении квалификации или переобучении граждан возрастной категории «50+». А третьим из Национальных проектов, связанных с занятостью по степени вовлеченности молодежи и подготовки современных кадров – является НП «Малое и среднее предпринимательства и поддержка предпринимательской инициативы». В будущем, подготовленные специалисты смогут меньше обращаться в государственные службы занятости.

Однако когда обсуждение коснулось вопросов подготовки, обучения кадров в системе оценки и проверки квалификации Федор Попов сообщил, что в СМИ региона готовят мало материалов о профессиях, которые в ближайшей перспективе не могут быть оценены по методикам АНО «НАРК», но которые (профессии), между прочим, существуют и интересны для населения. Таких профессий целый пласт, но без возможности проверки квалификаций их как бы не существует.

И первой такой профессией, по мнению председателя Общественного Совета, является профессия фелтмейкера. Попробуем и мы в этом разобраться.

«Валенки, валенки, эх, не подшиты стареньки»

«Валенки, валенки, эх, не подшиты стареньки» — эти слова известной песни Лидии Руслановой, творчество которой еще помнят люди старшего поколения, знакомы и мастерам-фелтмейкерам, ведь их работа с шерстью является частью производства войлока и изделий из него, а валенки самая узнаваемая продукция валяния не только в современной России.

Безусловно, слова песни были понятны всем жителям бывшего СССР, так как зимой многие из живущих и работающих в суровом климате Сибири, были знакомы с валенками не по наслышке. Их выдавали в качестве рабочей обуви на производстве в арктических широтах. Валенки удалось испробовать и автору этих строк, два десятка лет отработавшего в Ханты-Мансийском автономном округе.

В четырех постсоветских странах: Россия, Белоруссия, Украина, Казахстан – существуют технологии промышленного производства валенок, а это значит, что профессии связанные с валянием существуют «в натуре».

У многих знакомство с валенками начиналось в детстве. Привязные коньки даже на «условно старых валенках» представляли особый шик, внушая превосходство надо льдом и скоростью. Именно на валенках коньки держались лучше, чем на другой зимней обуви у детей.

Выпуск валенок был организован планово, и они были востребованы у всех возрастов.

Валенки были самой удобной и финансово доступной зимней обувью не только в сельской местности, как принято думать сейчас.

Мастера порой украшали голенища валенок вышивкой и в них щеголяли советские модницы в городах. Такой теплый и красивый вариант обуви нравился и иностранцам. Не удивительно, что различные варианты аксессуаров из войлока стали появляться в одежде и обуви за рубежом. Даже мировые бренды использовали войлок в своих коллекциях Высокой Моды.

Поэтому не удивительно, что модные дома Европы часто посылали своих представителей в Центральную Азию и на Советский Кавказ для овладения технологиями ручного производства войлока. Думаю, что они получили новые знания о войлоке и его производстве. Конечно, такими объемами выпуска войлока, какими они были в период Советского Союза, больше не может похвастаться не одна страна, но тенденции развития войлочного производства в мире не утеряны и находят новые пути для развития.

Чтобы понять насколько производство войлока сложное, надо знать происхождение этого процесса, историю, которой более четырех тысячелетий.

В начале ХХ века в России открылось первое промышленное производство валенок, где весь труд был ручным. Однако созданные технологии и цепочки технологических схем производства позволили наладить массовый выпуск вещей из войлока и особенно валенок — основной продукции войлоковаляния. И это, в том числе, благодаря заказам Министерства обороны России (в Царское время). Валенки спасали российских бойцов от холодов в Первую мировую войну. В советский период валенки стали неотъемлемой частью обмундирования многих воинских формирований и особенно Сибирских дивизий в годы Великой Отечественной Войны. Добавлю, что в советское время из войлока шили военные шинели.

Об этом и многом другом в исторической перспективе развития войлочного производства мы разговариваем с Надеждой Брежневой, профессия которой гордо произносится на иностранный лад «фелтмейкер», а по факту мастер по войлоку.

— Моя бабушка по папиной линии занималась войлоком. Делала различные изделия (валенки, коврики, половички, головные уборы, украшения) для домашнего хозяйства и убранства именно из шерсти с применением технологий производства войлока. Об этом я узнала из рассказов своих родственников и не удивилась, когда впервые увидела изделия из войлока. Во время посещения первого своего занятия войлок меня заинтересовал еще больше. Думаю, на мой приход в эту деятельность, повлияла, скажем так, генетическая предрасположенность к войлокоделанию, переданная от бабушки. Говорят же, что на детях (мои родители не занимались изготовлением войлока, хотя технологию знали) природа отдыхает. А вот меня, внучку, бабушкино увлечение войлоком «зацепило». Я поняла, что более интересного материала еще не видела и не держала в своих руках. Войлок – это поистине шикарный и необычный материал, который может принимать любую форму, которую вы ему придадите, с восхитительными фактурами, и, что самое главное, это натуральный материал.

Я собирала дополнительную информацию по валянию, стала посещать мастер-классы уже известных мастеров, где узнавала об этой технологии больше, участвовала в тематических выставках народно-прикладного искусства и аграрно-производственных выставках (шерсть – один из продуктов овцеводства, а для мастеров-фелтмейкеров — основное сырье производства, о котором, надо знать все). Делала для себя открытия в этой сфере и до сих пор узнаю много новой информации, как в основах деятельности, так и в технологических процессах, которые могут меняться в зависимости от вида сырья и художественных задач, стоящих перед автором. Так я узнала об особенностях использования цветовой палитры, получаемой при окрашивании различных видов и сортов шерсти, произведенной от носителей различных пород овец.

Войлок определенной толщины подходил для определенных целей. Из толстого войлока делали, например, напольные подстилки типа ковров (если с узорами) или маленькие половики (если без узоров) — характерны для сельского жилища. Из более тонкого войлока создавалась кошма – разновидность ковров с более плотной и надежной структурой, которую также использовали для украшения стен домов (юрт). Именно эта восточная традиция — вешать ковры на стены, была популярна в Советское время. Сейчас ковры из войлока в большей части «отошли» в прошлое, появились тканные и набивные ковры из шерсти. Новый способ обработки шерсти значительно упрощает их производство, но это уже войлокоделание в изначальном смысле.

Но вернемся к валенкам. Они делались из определенного по составу и структуре войлока. Между прочим, при всей простоте технологии, производство валенок было не таким простым, как можно прочитать сейчас в современной технической литературе. Для современного человека это действительно не очень сложный процесс, требующий лишь определенных знаний, умений, навыков. Часть специалистов отрасли, познавшие процесс и основные этапы работы, обладающие художественным вкусом и знаниями, экспериментировали с войлоком в домашних условиях и в советское время. И порой, у них это неплохо получалось.

Мы продолжаем беседовать с Надеждой Ивановной Брежневой, которая в разговоре не перестает восхищаться войлоком и изделиями из него.

— Получают войлок путем сваливания овечьей шерсти с помощью воды и мыла. Процесс увлекательный, но простым его назвать нельзя. Я подхожу к работе с вдохновением, материал чувствует это, поэтому, когда я погружаюсь в изготовление шляпки, я всегда делаю это в хорошем настроении.

В чем заключается процесс создания шляпки? Для начала нужно знать некоторые нюансы работы с шерстью и помнить, что шерсть при уваливании уменьшается в размерах, т.е. уваливается. Поэтому, это необходимо учитывать, когда создается изделие.

Первое, что мы делаем, это придумываем эскиз шапочки или шляпки, которую хотим сделать. Затем рисуем шаблон, и увеличиваем шаблон, помня о том, что размер шапочки будет меньше.

Выбираем цветовую гамму, подбираем нужный оттенок шерсти и раскладываем шерсть тонкими пучками — «пасмачками». Раскладка шерсти – это то, чему необходимо уделить особое внимание и спешка здесь ни к чему. Процесс небыстрый, гармоничный и увлекательный.

После раскладки шерсти приступаем к уваливанию. Здесь нам понадобится (повторяясь, делает акцент Надежда Ивановна) теплая вода и мыло. Очень мягкими и нежными движениями рук, мы начинаем процесс увалки. При увалке изделия важно аккуратно работать с материалом, но на финишном этапе потребуется сила рук.

Затем натягиваем нашу шляпку на болванку, придаем нужную форму нашей шляпке и даем высохнуть. Остается сделать декор, и шляпка готова!

Я всегда думала, почему именно войлок для меня стал тем волшебным материалом, который вдохновляет и является частью моей жизни? Точный ответ для меня по-прежнему загадка.

В более поздний Советский период в стране существовали войлочные производства в структуре овчинно-меховых фабрик с производством отдельной продукции, перечень, которых ограничивался в основном валенками, шляпками, техническими вариантами войлока и детскими игрушками. Под выпуск продукции перечисленной выше существовали и технологические схемы, которые не обходились без ручного труда.

Однако существовала система изобретательства и рационализации, которая минимизировала ручной труд и поощрялась премиями, в том числе за внедренные рацпредложения руководством предприятий. Регулярно проводились мероприятия, направленные на повышение квалификации специалистов по работе на войлочном оборудовании. Профессии касались всего перечня работ, предусмотренных технологией.

И хотя общий подход к подбору профессий был привязан к конкретной технологии производства той или иной продукции валяния, обязательным для всех работников было соблюдение циклов работ и порядка их выполнения: заготовка шерсти, раскладка ее на циновке, впрыскивание горячей воды, утрамбовка, получение готового войлока – абсолютно ручная работа (царское время), но которую в поздний советский период удалось частично механизировать.

Существовал в технологической цепочке процесса производства войлока минимальный подбор специалистов. В регистрах Советских предприятий их числилось не менее двух десятков: валяльщик; велюрщик; изготовитель основы валяльно-войлочных изделий; изготовитель фитилей; кисловщик; машинист обкаточной машины; машинист обсадочной машины; мойщик шерсти; насадчик обуви; оператор пушильного оборудования; оператор электростатической обработки; отделочник валяльно-войлочных изделий; прессовщик валяльно-войлочных изделий и шкурок; протравщик шкурок; распиловщик войлока; расправщик войлочных изделий; свойлачивальщик; съемщик обуви с колодок; формовщик головных уборов; штамповщик. И это лишь часть из них.

К тому же на таких производствах предусмотрены различные творческие профессии, например, художники, которые формируют эскиз и модель будущей продукции, маркетологи, специалисты по продажам, управленческий и технический персонал.

Однако главной рабочей силой являются непосредственные исполнители — рабочие на производстве.

Валяльщик 3-его разряда мог работать во время процесса предварительной валки головных уборов, например, на многоваличных и молотовых машинах под руководством валяльщика более высокой квалификации. А валяльщик 4-го разряда ту же работу должен был уметь выполнить самостоятельно.

Валяльщик 3-его разряда должен знать: устройство обслуживаемого оборудования; ассортимент, структуру и размеры колпаков, технические требования к ним; правила оправки колпаков головных уборов по периодам валки; рецептуру приготовления валочного раствора.

А валяльщик 4-го разряда дополнительно должен обладать не только вышеназванными знаниями (присущими специалисту 3-его разряда), но и разбираться в технологических режимах валки для различных видов изготовляемых изделий; знать материалы, применяемые при валке изделий, рецептуру приготовления раствора и правила определения его концентрации, способы регулирования степени усадки изделий, методы определения момента окончания валки изделий.

А различий между валяльщиком 3-его разряда и 5-его разряда еще больше.

Даже из-за немногочисленности специалистов на войлочном производстве, возможно, эти профессии будут оценены и классифицированы в соответствие с методиками АНО «Национального Агентства Развития Квалификации» (АНО «НАРК»), по той причине, что такие рабочие профессии существуют и связаны с действующими технологиями.

А как быть с профессией фелтмейкер, владелец которой носит знания и умения минимум двадцати работников отрасли? Как оценить его квалификацию?

Надежда Брежнева считает, что пока не будет налажено обучению по этой профессии в системе государственного образования, фелтмейкеры будут считаться «кустарями» — хранителями народного творчества, которые занимаются хобби для себя и заинтересованного окружения.

Однако в школах на дополнительных занятиях, учителя, прошедшие обучение войлоковалянию, передают свой опыт ученикам, но это проходит как сопутствующее направление, например, на уроках труда. Некоторые текстильные институты уже начинают вводить в свои учебные программы предмет «Валяние». Но, при всем этом, на сегодняшний день официально такой профессии, как фелтмейкер, не существует. Несомненно, это связано с ее недостаточной технологической разработкой и малым опытом практического внедрения технологических процессов при работе с войлоком и валянием.

Надежда Брежнева на собственном опыте подтверждает, что создание одежды и изделий из войлока требует не только таланта, но и огромного усердия, поскольку это кропотливая работа полностью ручного производства. Поэтому на данный момент этот удивительный материал остается без должного внимания со стороны крупных производителей одежды. Не стоит забывать и о том, что исходные материалы для валяния стоят недешево. Одежда из войлока – достаточно дорогое удовольствие, и, несмотря на все возрастающую популярность, она вряд ли станет массовой.

Тем не менее, у этого материала большое будущее. Войлок интересен мастерам, на него есть спрос, появились научные разработки, облегчающие понимание технологических процессов, объясняющие «поведение» этого материала, уже получены патенты в области технологий валяния. Это, безусловно, дает основание полагать, что в скором времени валяные вещи займут свою нишу в секторе малосерийной экологичной одежды высокого класса.

Изделия из войлока в последние десятилетия стали популярными в Скандинавии, странах Балтии, Канаде, Европе и даже Австралии. В Германии была создана Международная академия войлока, позже ее филиал открылся в Голландии. Ее слушатели каждый год выезжают в страны Центральной Азии, на историческую родину войлока, чтобы изучать традиции войлоковаляния.

За рубежом фелтмейкеры объединяются в ассоциации, которые организуют обучение, устраивают специализированные выставки, продажи материалов для валяния, популяризируют искусство валяния, помогают развитию и продвижению бизнеса своих членов и выполняют другие важные задачи.

В России на сегодняшний день мастера-фелтмейкеры создают профессиональные союзы локального значения или входят в отраслевые ассоциации.

Сейчас специалисты по валянию стоят на перепутье. Они в силу своей обособленности не могут ответить на вопрос, к какой деятельности отнести свою профессию? Одни видят себя в структуре легкой промышленности с возможностью массового производства и доступным «ценником», другие – в проектах Высокой моды. И оба этих направления нуждаются в проведении процедур по методикам НАРК с проверкой квалификации.

С одной стороны, проверенные временем технологии производства валенок, шляпок, игрушек и других промышленных изделий из войлока относят валяние именно по отраслевой специализации к легкой промышленности. С другой стороны, наметившиеся тенденции по организации мероприятий просветительского характера (мастер – классы по войлоку или выставки мастеров валяния в регионах) подталкивают специалистов-фелтмейкеров в сторону Высокой моды, а это значит, что продукция валяния со временем станет менее доступной для населения.

Несмотря на то, что современная российская школа войлока имеет сравнительно недолгую историю, она считается одной из самых быстроразвивающихся в мире. По всей стране организуется множество студий по войлоковалянию. Известные и опытные мастера, работающие в разных техниках, проводят мастер-классы, как для обучения новичков, так и для повышения квалификации своих коллег, передавая свои уникальные наработки.

Надежда Брежнева видит выход из этой ситуации в объединении специалистов-фелтмейкеров в профессиональные союзы.

По ее мнению, это позволит описать виды работ и начать подготовку специалистов в профессионально-технических училищах и колледжах. Такие специалисты могут быть востребованы в театре для создания сценических образов и интерьера. Необходимыми окажутся в дизайнерских студиях, которые занимаются, в том числе, созданием креативных имидж — образов. А возможно, кто то свое увлечение работой с войлоком превратит в мелкосерийное производство, последовательно проходя путь от разработки эскиза до его осуществления.

Другие обучившись работе с валянием и приобретя опыт, самостоятельно разработают технологию изготовления эксклюзивных вариантов одежды или экологических изделий для детей.

Фелтмейкерство — новое направление для развития творчества и промышленности.

Когда удастся создать условия, в полной мере обеспечивающие существование системы не только в виде клубов по интересам, а профессиональных союзов фелтмейкеров.

Когда мастера будут проводить занятия не только в собственных помещениях или в помещениях, предоставленных на безвозмездной основе.

Когда система образования начнет готовить специалистов, а «профессора – фелтмейкеры» выйдут из «подвалов» и начнут читать лекции в аудиториях….

Этих «когда» и «если» еще очень много. Поднять вопрос можно, и мы делаем именно это. Но получить ответ сложнее.

В информационном поле витает идея по организации и проведению общественных слушаний по развитию различных направлений народного творчества и объединения в профессиональные союзы.

Надо понимать, что легализация профессий, связанных с народным творчеством, через включение в перечень профессий, необходимых для развития территорий, даст новый импульс развития туристической отрасли Тюменской области.

А попадание такой специализации, как валяние в перечень подготовки специалистов под Национальные проекты расширят возможность уже существующих НП к большему желанию граждан овладевать новыми профессиями и навыками для повышения своего творческого самосознания и новых возможностей увеличения благосостояния, особенно в возрасте «50+». Это позволит включить в курсы переподготовки или повышения квалификации по направлению «дизайн одежды».

Из множества мнений специалистов, занимающихся войлоком, было отмечено, что в настоящий момент не стоит выделять в учебных заведениях существующее обучение валянию в отдельную в профессию фелтмейкера.

А вот дополнительного включение курса в учебный план по обучению по специальности «технолог легкой промышленности» (ФГОС СПО 29.02.05) имеет смысл. Дисциплину

разрабатывать как вариативную (не предусмотренную стандартом) по решению СУЗа, у которого, есть такое право.

В ВУЗах аграрной направленности стоит обратить внимание на специальность 35.03.07 «Технолог переработки с/х продукции».

И опять же нужно включать специализацию по технологиям валяния с привязкой по местности — наличию предприятий по переработке шерсти или по сырьевому принципу.

Хотя учитывая процессы миграции населения, может так случиться, что и эти факторы и не будут актуальными. Здесь, на мой взгляд, важнее встаёт вопрос кадров, которые способны передать знания и практический опыт. Их мало. Только наличие специалистов — практиков в этой области позволит вводить дисциплину (курс) не опираясь на уже только имеющийся преподавательский состав для учебного заведения. В противном случае – это рискованно.

Объединение специалистов — фелтмейкеров в профессиональные союзы поможет решить только часть этих проблем с акцентом на подготовку кадров для СУЗов. Но чтобы начать массовое обучение по этой специальности через формирование «государственного заказа» необходимо, чтобы выстроились взаимоотношения между профессиональным сообществом фелтмейкеров и системой подготовки кадров.

Знания по валянию шерсти станут необходимыми и расширят диапазон деятельности дизайнеров/модельеров. Думаю, что именно эти «узкие» специалисты будут востребованы в смежных отраслях.

Валяние, может стать одним из региональных направлений развития предпринимательства.

И тогда профессия фелтмейкер может попасть в сферу интересов АНО «НАРК».

Хотя…..

Владимир Сипетин

материал подготовлен по заданию

ТЮМЕНСКАЯ РЕГИОНАЛЬНАЯ ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ПРОФОРИЕНТАЦИИ ВЗРОСЛОГО НАСЕЛЕНИЯ И ДЕТСКОГО ТВОРЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ «РАБОТА НА РЕЗУЛЬТАТ» (ТРОО ПВНДТР «РАНАР»)

(Издатель журнала «АГРОФОРУМ»)

Последние события