На встречу V выставки — форума «Строительство и архитектура» Константин Почепнев: «… главная задача реставратора … позволить нашим потомкам прикоснуться к истории и культуре предков»

Складывается такое ощущение у общественности, что развитие городов в УФО и новое строительство стало приоритетнее, чем необходимость сохранения историко-градостроительной среды объектов культурного наследия. Мероприятия по охране культурного наследия отошли на задний план перед планами развития и преобразования агломерации. И хотя, зачастую эти планы связаны с развитием туризма, что немаловажно для регионов, развивающих гостиничный бизнес, сферу «гостеприимства» и другие направления въездного туризма, по факту оказывается, что стимулирование работ по сохранению уникальных характеристик исторической среды отступает на второй план перед градостроительными приоритетами.
На одном из мероприятий в МАУК ЦБС ТМР мы поинтересовались у детей какие реально существующие «Крепости» они знают в России. И оказалось, что легко назвали Московский Кремль, Кремли в Астрахани и Казани, Кремль в Тобольске (безусловно, потому что он «тюменский»), а дальше значительно медленнее назывались города, где в архитектурной застройке существовали такие исторические объекты. В ходе дополнительного общения мы выяснили, что дети недостаточно глубоко знают историю отдельных периодов России, но новая информация от библиотекарей Тюменского муниципального района безусловно побудит интерес узнать больше об исторических личностях, регионе, стране… И появляется возможность узнавать про новые профессии, например профессию реставратора недвижимых объектов культурного наследия и какими навыками и знаниями должен владеть такой специалист.
Поэтому редакция сайта «АФОРУМ.РФ» подготовила и согласовала с партнерами, которыми являются депутаты Тюменской области, представители исторической науки, общественные организации региона, среди которых областное объединение профсоюзов, Концепцию по ранней профессиональной ориентации, рассчитанную на детей дошкольного возраста в Раскрасках (с рабочими названиями): «Православные Храмы Арктики и Сибири» («От Кольского полуострова до Тюменской области») и «Кремли России».
Эти детские проекты могут быть представлены на Саммите БРИКС (Казань, 2024) наравне с Раскрасками «Памятники культуры Индии», «Китай глазами тюменских детей» и другие. (Концепция и сами визуализированные проекты в стадии согласования с организаторами мероприятия).
V выставка — форум «Строительство и архитектура», запланированная на площадке «Тюменская ярмарка» (14 — 16 мая 2024г) подсказала тематику: «Культура и историческое наследие: от музеев через библиотеки к сохранению (реставрации) объектов культурного и исторического наследия населенных пунктов Уральского Федерального округа»
Под эти вопросы возникла идея пригласить для интервью партнера из проектов прежних лет, представляющего отдел Министерства культуры России, юриста по образованию, обладающего управленческим знаниями в сфере сохранения культурного наследия больше некоторых специалистов имеющих образование по этому направлению.


Нашим интервьюируемым стал Константин Евгеньевич Почепнев, начальник территориального отдела в городе Екатеринбурге Управления Министерства культуры Российской Федерации по Приволжскому и Уральскому федеральным округам

Корреспондент:
— Как формируется спрос на квалифицированные кадры реставраторов и строителей в Уральском регионе? Компетенции архитектурно-строительной отрасли соответствуют ли уровню задач по сохранению культурного наследия населенных пунктов? Как могут сочетаться на одной территории Креативные проекты урбанистики и исторические (культурные) объекты, нуждающиеся в сохранении?

Константин Евгеньевич Почепнев:
— Начать нужно с того, что любой, кто решил посвятить свою жизнь благому делу сохранения движимого и недвижимого культурного наследия, заслуживает слов признания и благодарности.
В нашей сфере ни для кого не секрет, что высококвалифицированных реставраторов в целом по России – единицы.
Наш орган власти сталкивается с острым спросом на реставраторов при осуществлении федерального государственного лицензионного контроля за деятельностью по сохранению объектов культурного наследия.
Одно из требований, предъявляемых к организациям, имеющим лицензию на осуществление деятельности по сохранению объектов культурного наследия, связано с сотрудниками, находящимися в штате лицензиата. Если организация занимается производственными или проектными работами по реставрации памятников, у нее в штате обязательно должны находиться минимум 3 работника, занимающие руководящие должности, аттестованные Министерством культуры России и имеющие необходимый стаж работ по сохранению объектов культурного наследия. Более того, работник, который будет непосредственно проводить реставрационные работы на памятнике, также обязательно должен быть аттестован. Таким образом, для того чтобы с пользой для дела применить свои знания и умения на практике, недостаточно просто получить профильное образование, необходимо еще и приобрести определенный практический опыт. Порог входа в отрасль высокий…
Рассуждая о вопросе, каким образом должны уживаться на одной территории памятники и амбиции застройщиков и девелоперов, следует отметить, что все заинтересованные лица должны стремиться к соблюдению баланса интересов: публичных и частных, развития и сохранения исторической памяти. Работать в любом случае нужно в рамках закона, вне зависимости от того, чем ты занимаешься.
Развитие городской среды, строительство бизнес-центров, многоквартирных домов и прочих объектов – деятельность, которая редко идет навстречу памятникам, с их различными зонами со специальными правовыми режимами (зоны охраны, защитные зоны), которые, например, не только могут определять высотность застройки на определенной территории, но и в принципе запрещать любое капитальное строительство. Но, естественно, позитивные моменты можно найти и здесь, есть множество примеров, когда компромиссы находятся — инфраструктурные и инвестиционные проекты реализуются не в ущерб интересов памятников. Как говорится «и волки сыты, и овцы целы».

Корреспондент:
— Другим интересным фактом, открывшимся нам в редакции, оказалось, что дети — художники могут быть помощниками для взрослых. На пленэре дети рисуют исторические здания, православные храмы, другие исторические объекты. И порой мы видим в художественных работах, что элементов декора нет на рисунке или фрагмент орнамента изображен «как-то не так», в общем — художественно неточно. Нам, членам конкурсной комиссии по итога Конкурса детского рисунка, приходилось видеть это в детских художественных работах. Возникала первая мысль, мол ребенок невнимательный. В столь юном возрасте такое бывает. Однако позже выяснилось, что отсутствие элементов декора не оказывалось на здании потому, что он был утрачен в реальности. Взрослые это не заметили, а дети подсмотрели. Значит объект нуждается минимум в косметическом ремонте. Как выявляются объекты подлежащие реставрации? Влияние общественных и научных структур на определение приоритетов проведения мероприятий по сохранению объектов культурного наследия?

Константин Евгеньевич Почепнев:
— Для того, чтобы понимать, каким образом определяются подлежащие реставрации объекты культурного наследия, нужно разобраться в базовых понятиях законодательства об объектах культурного наследия.
В нашей стране все памятники делятся на 3 категории историко-культурного значения в зависимости от историко-культурной ценности для Российской Федерации, ее субъектов или муниципальных образований: объекты культурного наследия федерального, регионального и местного (муниципального) значений.
Узнать категорию памятника можно в Едином государственном реестре объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации. Его сведения являются открытыми, они размещены на официальном сайте Минкультуры России в сети Интернет.
Естественно, что к памятникам федерального значения внимание всегда повышенное, как со стороны органов государственной власти, так и со стороны общественности.
Второй фактор, который влияет на приоритеты в реставрации памятников – форма собственности, другими словами – у кого в собственности находится памятник, и кто несет бремя и обязанности по его содержанию. Объекты культурного наследия вне зависимости от их категории могут находиться в государственной, муниципальной или частной собственности. Исключение составляют только памятники археологии, находящиеся исключительно в государственной собственности. Ответственный частный собственник памятника оперативно и полно реагирует на ухудшение его состояния и принимает необходимые меры по его ремонту и реставрации. Если памятники находятся в государственной собственности, а таких большинство, нередки случаи, когда материально-технических и человеческих ресурсов недостаточно даже для разработки проектов для проведения работ по сохранению объекта, не говоря уже про проведение его реставрации. Здесь уже стоит говорить о том, как государство старается вовлечь такие объекты в хозяйственный оборот и вдохнуть в них новую жизнь, но это предмет отдельного разговора.
Третий фактор – реальное состояние памятника. Естественно, что объекты культурного наследия, находящиеся в аварийном состоянии, требуют первоочередного проведения работ по их сохранению.
Стоит также отметить влияние общественности и научных кругов на вопросы сохранения объектов культурного наследия. Во всех более-менее крупных городах с приличным количеством памятников осуществляется общественный контроль граждан, прежде всего, за государственными органами в области сохранения памятников. Многие сознательные граждане, видя, в каком состоянии находится памятник, по соседству с которым они проживают, пишут индивидуальные или коллективные обращения в органы власти с просьбой разобраться, взять на контроль ситуацию. Такой общественный интерес к объектам культурного наследия в перспективе однозначно положительно влияет на их сохранность.

Корреспондент:
— Существует ли планы проведения реставрации в УФО? Как такая деятельность формируется? Сколько в среднем проходит времени с момента определения объекта нуждающегося в проведении реставрации и до ее завершения? (Доля бюджетных средств и распределение объемов финансирования между федеральным центром и местными ветвями власти: какой совещательный (исполнительный) орган власти региона определяет порядок и сроки финансирования сохранение объектов культурного наследия в бюджете на текущий год? Как обстоят дела с финансированием проектов по восстановлению (реставрации) недвижимых объектов культурного наследия в УФО? Участие бизнеса в реставрационных работах?)

Константин Евгеньевич Почепнев:
— Планирование реставрационных работ, разработка списков, перечней памятников, подлежащих реставрации… Все это звучит правильно, думаю, что так и должно быть в идеале, но, к сожалению, дело обстоит не так радужно. Такое планирование носит ограниченный характер. Как такового плана по реставрации памятников у нас в Уральском федеральном округе нет. Так же, как нет его на данный момент и в России. Работа по реставрации по большей части носит стихийный характер, элемент системности здесь присутствует лишь в том, что органы охраны объектов культурного наследия выдают собственникам памятников охранные обязательства, в которых указывается состав и перечень работ по сохранению объекта культурного наследия и сроки их проведения, что позволяет в целом осуществлять какое-никакое планирование.
Говоря про планирование работ по сохранению объектов культурного наследия, как правило, работы по реставрации памятников включают в различные планы мероприятий по празднованию каких-либо серьезных дат (например, юбилей города) или при подготовке к проведению мероприятий высокого уровня.
С финансированием вопрос как всегда сложный. В части бюджетных средств всегда есть свои правила, не позволяющие просто так расходовать эти средства на реставрацию случайного аварийного памятника. Прежде всего, нужно смотреть на собственность, в которой памятник находится. Если это собственность государства, то направить на сохранение памятника средства федерального или субъектного бюджета можно, если же памятник находится в частных руках, все куда сложнее.
При этом Минкультуры России ежегодно собирает заявки на финансирование мероприятий по сохранению объектов культурного наследия за счет средств федерального бюджета, в том числе сохранение объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации гражданской, промышленной и культовой архитектуры; сохранение объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации деревянного зодчества и прочее.
Ответственный бизнес также принимает участие в реставрационных работах в различных формах (выкуп памятника и его реставрация, строительство рядом с ними какого-либо объекта, простое финансирование проведения реставрационных работ на памятнике, льготная аренда с обязательством проведения работ по сохранению объектов культурного наследия), но, к сожалению, примеры подобного участия единичны.
Но, как и в любой не очень хорошей ситуации, всегда нужно искать позитивные моменты. И в нашей сфере они находятся. Вполне возможно, что ситуация в скором времени изменится кардинально. Наш Президент Владимир Владимирович Путин в своем Послании Федеральному Собранию от 29.02.2024 поручил сформировать долгосрочную программу сохранения объектов культурного наследия России. Определено, что к 2030 году по всей стране необходимо привести в порядок не менее тысячи объектов культурного наследия. Поручения уже даны соответствующим профильным ведомствам.

Корреспондент:
— Какие подходы существуют к реставрации объектов культурного наследия в случаях, когда старые строительные технологии утеряны, прежние материалы не используются. Хватает ли знаний и опыта современным реставраторам использовать новые подходы: технологии, материалы и прочие современные средства для сохранения элементов культурного наследия на конкретных объектах? (Кирпич «дореволюционный» (так назовем обожженное изделие из глины) сильно отличается от современного. Как часто приходится применять лабораторные исследования старых образцов элементов декора, чтобы подобрать современный состав близкий к столетнему? Есть ли мастера, способные выполнять такие работы в городах Урала и Сибири? Традиционная реставрация отличается от попыток современной реконструкции, позволяющая себе замену не только методов по восстановлению исторического объекта, но и материалов, которые сто лет и более назад не использовались? Не приведет ли такая замена, допустим, материала к утрате объекта, как памятника архитектуры?)

Константин Евгеньевич Почепнев:
— Конечно же, основной подход в реставрации памятников – научный. И таким он должен быть от начала и до конца. Начиная с этапа разработки научно-проектной документации на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия, продолжая непосредственно этапом производства реставрационных работ на объекте, заканчивая их приемкой.
Текущая система реставрации объектов культурного наследия выстроена таким образом, чтобы на любом этапе выслушать и учесть как можно больше мнений.
Так, чтобы отреставрировать памятник, необходим соответствующий проект реставрации, который может быть разработан только организацией с лицензией, в штате которой имеются аттестованные Минкультуры России работники. После того, как проект реставрации будет разработан, он подлежит направлению на государственную историко-культурную экспертизу, которая проводится также аттестованными Минкультуры России экспертами.
После проведения экспертизы её акт направляется в соответствующий орган охраны объектов культурного наследия для согласования. Акт данной экспертизы размещается в сети Интернет для общественного обсуждения, в ходе которого любой может высказать свои замечания и предложения, по результатам рассмотрения которых органом охраны будет принято соответствующее решение.
В случае, если при органе охраны создан научно-методический совет по сохранению объектов культурного наследия, то самые спорные и сложные вопросы могут быть вынесены на заседание такой комиссии для рассмотрения.
По вопросу, связанному с содержанием реставрационной деятельности, мне, не имеющему профильного образования, честно говоря, затруднительно давать какие-либо заключения на этот счет. Могу лишь поделиться мыслями старших коллег о том, что методики и взгляды на реставрационный процесс меняются со временем. Есть множество проблем, которые нужно решать, одна из них – отсутствие четких подходов к определению подлинности объекта культурного наследия, недостаточная проработка этого вопроса на теоретическом уровне и невнедрение его в практику реставрации. Но, несмотря на это, дело реставрации живет. В части материалов и оборудования, используемых для реставрации, санкционное давление наложило определённый отпечаток и на нашу сферу, но насколько я знаю, коллеги успешно справляются и с этой нелегкой задачей, ища аналоги строительных материалов и  альтернативные варианты поставок из дружественных стран.

Корреспондент:
— Этот вопрос я задам по просьбе преподавателей Детской Школы Изобразительных Искусств «Фантазия» поселок Боровский: Как стать реставратором? Какими знаниями реставратор должен обладать? Какими дополнительными навыками? Может подскажите, Константин Евгеньевич, какие общедоступные профессии должны быть освоены заранее, чтобы претендовать на статус реставратора? (Может нужно обращать внимание на какие-то специальные навыки с детства (чтобы их целенаправленно развивать)? Влияет ли на предстоящий выбор профессии разница между уровнями образования сельской и городской молодежи? Подскажите, где и кого могут научить реставрационным работам? Существуют ли в УФО так называемые «реставрационные школы» по направлениям (специализация, отрасли, …))

Константин Евгеньевич Почепнев:
— Нужно понимать, что сама по себе реставрация включает в себя два объемных направления работы – разработка научно-проектной документации на проведение работ по реставрации памятников и непосредственно производство этих работ.
Соответственно, чтобы научиться разрабатывать проекты реставрации, необходимо выучиться на архитектора, а чтобы стать реставратором – получить образование по реконструкции и реставрации архитектурного наследия.
Благо, что с получением профильного образования проблем нет. На правах интервьюируемого упомяну Уральский государственный архитектурно-художественный университет им. Н.С. Алфёрова. Сам я по образованию юрист, но с коллегами из УрГАХУ сложились теплые рабочие отношения. Если есть стремление сохранять и оберегать культурное наследие, находясь на передовой этого процесса, то двери этого университета всегда открыты для всех желающих.
Однако получение профильного образования – половина дела. Как и в любой профессии найти применение своим знаниям, умениям и навыкам – задача не из легких. Каких-то специальных навыков, я думаю, иметь не нужно. Единственное, если хочешь быть архитектором, то нужно любить и уметь рисовать. Хотя в нынешний век цифровизации многие архитекторы делают чертежи и проекты в специальных компьютерных программах. Если же хочешь быть реставратором, то нужно, чтобы желание и умение созидать встретились в одном человеке.

Корреспондент:
— Культура без библиотек и музеев не может существовать в стране. Нуждается ли библиотечная (музейная) система в совершенствовании? За счет чего происходит обновление библиотечных (музейных) фондов УФО? (Есть музеи и музейные коллекции. Есть библиотеки и есть библиотечные коллекции. По вашему мнению, книга изданная более ста лет назад — это предмет музейной гордости или все же ее место в библиотеках? Как в таком случае быть с современными издательскими проектами, выполненными в высокохудожественном формате, допустим, Фондом «Возрождение Тобольска», которому в текущем году исполняется 30 лет с момента образования? Мнение по электронным библиотекам?)

Константин Евгеньевич Почепнев:
— Культура – зеркало общества. И вместе с обществом она меняется с течением времени. Естественно, что музеи и библиотеки у нас в стране развиваются и продолжат развиваться, несмотря ни на что.
Особое внимание музеям и библиотекам уделяется государством.
Так, в соответствии с национальным проектом «Культура» с 2019 по 2024 гг. будет создано 1070 модельных муниципальных библиотек, будет оснащен 751 региональный и муниципальный музей, проведена реконструкция и капитальный ремонт 142 региональных и муниципальных музеев.
Наше Управление осуществляет федеральный государственный музейный контроль. В поле нашего ведения федеральные и муниципальные музеи. Основной упор в последние пару лет делаем на муниципальные музеи нашего федерального округа.

Из основных проблем видим, что у муниципальных музеев традиционно имеет место недостаточное финансирование, слабая материально-техническая база, встречаются и случаи низкой квалификации музейных сотрудников.
Указанное приводит к нарушениям обязательных требований музейного законодательства и в исключительных случаях – к угрозе повреждения или повреждению музейных предметов и музейных коллекций.
Частичным решением подобных проблем могла бы стать организация систематического обмена опытом между региональными и муниципальными музеями. Хотелось бы, чтобы наши региональные музеи при поддержке соответствующих региональных органов в сфере культуры в субъектах Российской Федерации проявляли большее внимание к коллегам из муниципальных музеев, оказывали им необходимую методическую помощь. Ведь большинство муниципальных музеев – музеи краеведческие, хранящие историю и память конкретного города и села.
Что касается библиотек, то это отдельная история. Наше Управление также осуществляет федеральный государственный библиотечный контроль за сохранностью книжных памятников. Книжные памятники — это рукописные книги или печатные издания, которые обладают выдающейся духовной, материальной ценностью, имеют особое историческое, научное, культурное значение и в отношении которых установлен особый режим учета, хранения и использования.
Для отнесения документа к книжным памятникам есть определенные критерии, один из них хронологический.
Так, к книжным памятникам относятся все рукописные книги, созданные до XVIII века включительно; все экземпляры печатных изданий, выпущенных до 1830 года включительно. По этим критериям документ безусловно признается книжным памятником.
При этом есть и другие, так называемые социально-значимые критерии отнесения документов к книжным памятникам, в соответствии с которыми также определятся ценность документа.
Где место ценной книге: в музее или библиотеке? Вопрос риторический. Работники библиотек скажут – в библиотеке, музейные работники – в музее.
Я считаю, что книжному памятнику место там, где есть возможность обеспечить для него надлежащие условия хранения и изучения.
Обеспечение доступа к редким и уникальным книгам осуществляется посредством их оцифровки. Оцифровка книжных памятников включена в национальный проект «Культура» (федеральный проект «Цифровая культура»). Ежегодно с 2019 года оцифровывается по 8000 книжных памятников, к 2024 году в рамках национального проекта будет оцифровано 48 тысяч документов.
Считаю, что электронные библиотеки – это благо, которое в нынешних условиях позволяет популяризировать, насколько это возможно, чтение среди молодежи.
Что касается вопроса пополнения музейных и библиотечных фондов, могу рассказать о деятельности Минкультуры России в этой части.
Минкультуры России и его территориальными органами организована работа по приему обращенных в собственность государства культурных ценностей, переданных от таможенных и иных правоохранительных органов.
Информация о таких культурных ценностях размещается на официальном сайте Минкультуры России в сети Интернет в разделе «Перечень культурных ценностей, предназначенных для передачи в государственные и муниципальные организации или религиозные организации Российской Федерации». Любой музей или библиотека, желающие пополнить свои фонды, могут направить в Минкультуры России соответствующую на передачу интересующей их культурной ценности.

Корреспондент:
— Бывают случаи, когда реставрационные и строительные работы, разделенные на этапы, могут проходить на объекте одновременно. Как осуществляется работа надзорных органов в сфере строительства и органов культуры, к которым относится ваш отдел, в таких случаях? А еще существуют местные органы власти, которые, допустим, отвечают за переселение граждан — жильцов, проживающих в объектах культурного значения. Существует мнение у некоторых специалистов — реставраторов, что воссоздание культовых сооружений, в 2000-х годах привели к утрате понимания невосполнимости потери подлинных произведений архитектуры. Есть объекты в Тюмени и области, выполненные под старину. А в некоторых случаях разбираются обветшавшие здания, а строительство ведется из похожих новых «долговечных» материалов. Насколько успешен может быть такой подход к восстановлению исторических объектов, нуждающихся в реконструкции или восстановлении?

Константин Евгеньевич Почепнев:
— Работы на памятнике, связанные с его реставрацией и ремонтом, в любом случае проводятся на основании научно-проектной документации организацией, имеющей соответствующую лицензию. Да, имеются определенные особенности в случае, если имеет место реставрация памятника, но в целом все так, как я обозначил выше. Поэтому в случае, если на памятнике ведутся работы по сохранению, на нем должны находиться профессионалы, прекрасно осознающие, с чем имеют дело, ну или хотя бы один такой руководитель – ответственный производитель работ. Вообще, все случаи реставрации объектов культурного наследия по-своему уникальны. За каждым из них стоит многолетняя история, состоящая, в том числе, из эпизодов, когда памятник перестраивался и видоизменялся. Главная задача реставратора, со стороны кажущаяся невыполнимой, — сохранить вечное, позволить современникам и потомкам и в настоящем, и в будущем прикоснуться к великой истории и культуре предков.

Корреспондент:
— Благодарю за полноту ответов. Думаю, что тема, поднятая вами, будет адекватно воспринята на конференциях V выставки — форума «Строительство и архитектура» в Тюмени.
Вопросы подготовил:
Владимир Сипетин

Последние события